Сильный ветер кружил старую газету. Как и прежде, это был убогий квартал. Неудивительно, что коммунисты устроили здесь свой штаб, подумал Вильгельм Бём, приближаясь к зданию. Дом Карла Либкнехта напоминал тумбу для политических плакатов, так плотно его фасад был залеплен всякими лозунгами и призывами вперемешку с гигантскими портретами Ленина, Люксембург и Либкнехта.
Разбросанные перед зданием различные предметы свидетельствовали о недавнем митинге. Валяющаяся трибуна, которую только что демонтировали, брошенная бумага от бутербродов, пустые банки из-под пива… Коммунисты явно не отличались аккуратностью.
Двое полицейских дежурили перед дощатым бараком. «Сигареты по ценам производителя» – гласила выцветшая рекламная надпись на деревянной панели над их головами, красная краска на которой частично отслоилась. На двух проржавевших щитах, покрытых эмалью, рекламировалось: «Пивная и игорный дом “Энгельгардт”». Дежурные чувствовали себя заметно дискомфортно в своей синей униформе перед темным входом. Не совсем подходящее место для мужчин в форменных фуражках.
Вавилон-Берлин.